А.А. Курсинский. Кинодрама «Месть Цветов»

Публикация Анны Коваловой, Арины Ранневой

«Месть цветов» (1914) – один из четырех нереализованных киносценариев, хранящихся в архиве А.А. Курсинского (Отдел рукописей Российской государственной библиотеки, фонд 389). Александр Курсинский – поэт-символист второго ряда, он прежде всего известен как друг, подражатель и адресат писем Валерия Брюсова. В 1910-е гг. Курсинский, как и многие писатели Серебряного века, обращает внимание на новое искусство – кинематограф – и начинает писать киносценарии.

В публикуемом сценарии о роковой «царице цветов» Дженни нетрудно увидеть влияние литературы символизма. Текст не просто отсылает к отдельным флоральным мотивам – символика цветов составляет его основное содержание. С другой стороны, кинодрама Курсинского тесно связана с широким кругом явлений раннего кино.

Сценарий строится нелинейно: его первую часть составляют три ретроспективные новеллы: «Повесть стыдливого Ландыша», «Повесть Нарцисса и Хризантемы» и «Повесть зябнущей Астры и Георгина». По замыслу Курсинского, эти истории-воспоминания появляются на экране «в контуре гигантской чашечки» цветка. Похожий прием использовал французский режиссер Гастон Вель в фильме «Фея цветов» («La Fée aux fleurs», 1905): на экране вырастает большой красный цветок, внутри которого появляется лицо девушки.

Картины с подобными мотивами фирма «Братья Пате» прокатывала в России и позднее: в качестве примера можно привести фильмы «Чары цветов» («Le Charme des fleurs», 1910) и «Волшебный ирис» (L'iris fantastique, 1912). Курсинский воспроизводит хорошо известные зрителю приемы цветочной феерии: Дженни – «Царица Цветов», все герои, кроме нее, носят цветочные имена, – границы между человеком и цветком таким образом размываются.

Смерть Дженни, удушенной цветами во время сна, может быть сопоставлена с трагическим финалом романа Эмиля Золя «Проступок аббата Муре» (1875). Его героиня, покинутая возлюбленным, кончает с собой необычным образом – наполняет комнату цветами и задыхается от их аромата: «Все крепче прижимая руки к сердцу, изнемогая, судорожно задыхаясь, Альбина умирала. Она раскрыла рот, ища поцелуя, которому суждено было задушить ее, – и тогда задышали гиацинты и туберозы, они обволокли ее своим дурманящим дыханием, таким шумным, что оно покрыло собою даже хор роз. И Альбина умерла вместе с последним вздохом увядших цветов».

Флоральные мотивы важны и для русского дореволюционного кино. Так, в известном фильме П.И. Чардынина «Хризантемы» с балериной Верой Каралли в главной роли соответствующая тема вынесена в заглавие и в названия частей-глав: «Цветы распустились», «Цветы смяты», «Цветы растоптаны». В финале картины героиня принимает яд и танцует на сцене свой последний «танец хризантем». «И как красиво прошла вся ее жизнь, такой же красивой была ее смерть среди любимых цветов – хризантем – под звуки пленительной музыки. <…> Ничего не подозревающая публика, видя, как натурально умирает на сцене любимая артистка, разразилась громом рукоплесканий. А в это время бедная Вера уже бездыханная лежала среди цветов… среди любимых хризантем» – читаем в либретто к фильму.

Помимо двух вариантов сценария (рукописного и машинописного), в архивном деле «Мести цветов» сохранился конверт с надписью: «Закончена (4 чистовых экз.) У Старевича. У Тимана. У Волкова», причем все три фамилии зачеркнуты. По-видимому, Курсинский посылал сценарий режиссерам В.А. Старевичу и А.А. Волкову, а также кинофабриканту П.Г. Тиману. Почему он так и не был реализован – это остается неизвестным.

Текст сценария публикуется впервые, по автографу: РО РНБ. Ф. 389. Картон 1. Ед. хр. 9. Лл. 1—22. Воспроизводится авторское подчеркивание: в некоторых случаях Курсинский прибегает к нему, по всей видимости, чтобы выделить будущие «надписи» – титры к фильму.

Месть Цветов. Фабула пьесы

Дженни питает безумную страсть к цветам. Вся ее квартира утопает в цветах. Здесь и свежие, и увядающие, и в земле живые, и в воде сорванные в букеты. Венки, букеты, гирлянды…

В этом царстве цветов Дженни чувствует себя властной царицей, всемогущей сказочной феей, а каждый цветок для нее – живое существо, имеющее для нее свою трогательную повесть в прошлом.

Но каждая из этих повестей заключает в себе неизбежно печальный драматический момент, в котором на долю Дженни выпала, хотя и торжествующая, красивая, но жестокая роль.

Каждый цветок напоминает ей любовь и гибель какой-нибудь из ее многочисленных жертв.

Потому-то, быть может, Дженни так любит цветы.

Постепенно проходят повести отдельных цветов:
Стыдливого Ландыша
Нарцисса и Хризантемы
Зябнущей астры и Георгина.
И всюду кровь, гибель, смерть!
От каждого цветка тянется к ней окровавленный призрак.

Дженни переживает весь трепет этих кошмарных воспоминаний и в исступлении рвет цветы один за другим. Все теснее окружают ее своим растущим кольцом призраки жертв, носятся вокруг нее в бешенном танце, словно стараясь сдавить ее, стоптать, уничтожить своим ожесточенным хороводом.

Но… Дженни – властительница цветов. И стоит ей сделать повелительный жест рукой, как вся орава озлобленных призраков исчезает.

II

В честь Дженни устраивается грандиозный цветочный праздник. Все гости костюмированы цветами. Среди них Дженни – царица цветов. При ее появлении прерываются танцы, цветы приветствуют царицу, слагая к ее ногам свои подношения-цветы, которыми они костюмированы.

Могучая угрюмая фигура незнакомца появляется на балу. Он одет красным маком. Он держится свободно и гордо, не приветствует Дженни, не склоняется перед нею.

Его надменная фигура заинтересовывает Дженни.

Она преследует его, застает в момент, когда, оставленный его избранницей фиалкой, он одинок в скромной гостиной, и прибегает ко всей мощи своего обаяния, чтобы очаровать его.
– Я опасный цветок для тех, кто любит играть цветами, – говорит красный Мак.
– Я хочу цветов, растущих на обрывах, над бездной, – отвечает Дженни.

И вместе они выходят в праздничный зал.

И незнакомец переступил порог святилища Дженни, и красный мак водворился среди цветов, украшающих его.

III.

Но там, где водворяется Мак, не должно быть новых цветов!

Однако в одну несчастливую ночь Дженни возвращается к себе с новыми цветами. Ставит она их рядом с красными маками. Чудное сиянье луны врывается в комнату. Дженни гасит свечи канделябра и мечтательно упивается этим сиянием этой ночи, подарившей ее новым восторгом.

В сладостном изнеможении она опускается на софу, вспоминает, грезит, незаметно отдается забытью и засыпает среди старых цветов!

Но красный мак не терпит новых гостей среди старых цветов!

В безмолвии ночи, в чарах лунного света, в усыпляющем ласковом обаянии снов он поднимает бунт цветов против царицы.

Сначала робкое, затем все более уверенное, смелое, но осторожное брожение разрастается вокруг спящей царицы. В серебряном сиянии луны вырастают гигантские стебли цветов, ширятся жадные лопасти, цветы сплетаются друг с другом, ползут, тянутся, обходят, окружают ложе своей царицы. Они обвивают ее ноги, ползут дальше, цепляясь за ее вакхически разметавшееся тело, давят ее грудь, нащупывают ее горло.

Тщетно пытается вырваться из этих цепких объятий сонная Дженни. Теперь она уже не имеет власти над ними, она во сне.

Душат!

И после тщетных последних усилий пробудиться Дженни падает мертвой.

И сделав дело мести, гигантские призраки цветов отплывают на свои места, суживаются, уходят в себя, давая комнате первоначальный, реальный вид ее обстановки.

Утром камеристка нашла тело Дженни бездыханным. Врач констатировал смерть и, оглядев комнату, сказал:
– Да, но разве можно спать в комнате, где так много цветов!

МЕСТЬ ЦВЕТОВ. Кинодрама А. Курсинского

Часть I: «Дженни – Царица Цветов».
II: «Красный Мак».
III: «Убивает дыханье цветов».

1914.

Personae cinodramatis

Дженни
Ландыш
Нарцисс
Хризантема
Астра
Георгин
Красный Мак

Второстепенные, имеют по одному выходу:
Фиалка
Художник
Врач
Служанка
Соседка 1-ая
Соседка 2-ая
Поклонник

Массовые сцены:
Публика театрального разъезда
Публика вокзала
Участники пира
Костюмированные на балу
Призраки жертв

Сцены в драме

В будуаре Дженни – I, IV, VI, VII
Праздничный зал – II
Гостиная (1-ая) – III
У подъезда дома – V
Снежная поляна – вставная в сц. V

Сцены в эпизодических повестях

I. Повесть Ландыша:
карт. 1 – Опушка леса
карт. 2 – Вестибюль театра
карт. 3 – Номер гостиницы
карт. 4 – Железнодорожный перрон

II. Повесть Нарцисса и Хризантемы:
карт. 1 – Пиршественный Зал
карт. 2 – Гостиная (2-ая)

III. Повесть Астры и Георгина:
карт. 1 – Будуар (2й)
карт. 2 – Уборная артистки
карт. 3 – Гостиная (3-я)

(Итого 17 отдельных картин в 14-ти различных декорациях.)

Часть I. «Дженни – царица цветов»

Сцена I.

Будуар Дженни. Роскошная стильная мебель, картины, статуи, музыкальные инструменты, дорогие ковры, масса всевозможных цветов.

На этом красочном фоне Дженни в легком греческом костюме с венком на голове позирует художнику, пишущему ее портрет.

Юноша всецело увлечен своей работой.

У ног Дженни несколько сорванных и брошенных ею цветов.

Теперь небрежным движением срывает она ветку ландыша из близ стоящей корзины. Подносит к носу, вдыхает его аромат, задумчиво смотрит на него, вспоминает.

Действительность заволакивается туманом. Затем на экране вырисовывается контур гигантской чашечки ландыша, и в этой рамке разыгрывается вспоминаемая Дженни «Повесть стыдливого Ландыша».

Эпизод I. Повесть стыдливого Ландыша

Картина 1.

Красивый лесной пейзаж. Опушка с видом в поле. Здесь проселок входит в лес.

На пригорке полулежит отрок с пышными белокурыми волосами, задумчивым лицом, глубокими выразительными глазами. В этих глазах мечтательная задумчивость над туманными вопросами пробуждающегося чувства.

В одной руке он держит раскрытую книгу, в другой – букет ландышей, очевидно, только что набранных в лесу.

По дороге с поля верхом в костюме амазонки подъезжает Дженни. Она сдерживает лошадь около мальчика, расспрашивает его, куда ведет дорога.

Он поднимается, кланяется, отвечает, дает указания.

Дженни благодарит, кивнула головой, улыбнулась. Лошадь трогается.

Бессознательно он бросает свои цветы в седло отъезжающей Дженни.

Дженни оборачивается, весело смеется и в знак благодарности шлет мальчику воздушный поцелуй.

В восторженном оцепенении глядит он ей вслед. Уста его невнятно шепчут:
– Она… она!

Картина 2.

Вестибюль театра.

Разъезд после спектакля.

Толпа молодежи поджидает выход Дженни. Среди них отрок, и снова букет ландышей в его руке.

Выходит Дженни в сопровождении нескольких господ в цилиндрах. Ей расчищают путь. Она роняет перчатку.

Отрок быстро поднимает ее и вручает Дженни вместе со своими цветами.

Она узнает его лицо и дарит ему розу от своего корсажа.

Проходит.

Картина 3.

Номер в гостинице.

Дженни, уезжая на гастроли, укладывает торопливо свои чемоданы.

Вдруг, обернувшись в сторону двери, видит отрока.

Слегка прислонившись к косяку двери, он робко следит за ее движениями, выжидая момента для своего рокового признания.

Дженни удивлена, но это появление ей не причиняет неприятности. Она улыбается, и робость мальчика бледнеет. Он начинает ей говорить:
– Позвольте мне следовать за вами. Куда бы то ни было, на что бы то ни было. Пусть мне будет позволено хоть подметать пол той сцены, по которой должна будет ступать нога Ваша. Потому что жить, не видя Вас, мне невозможно.

Дженни дает себе труд отрезвить мечтателя. Но отрок ей нравится. Речь ее становится все мягче, все ласковее. Она дает ему свой портрет на память, и в то же время, поддаваясь минутному порыву, привлекает его на грудь и отравляет его страстным поцелуем…

Картина 4.

Железнодорожный перрон. Отходящий поезд.

Дженни в сопровождении нескольких знакомых и друзей ищет свой вагон. Последние прощания…

Поезд трогается… Вдруг тревога… Поезд останавливается… Говорят – кто-то бросился под колеса паровоза…Несут самоубийцу… Дженни выбегает с площадки взглянуть…

Экран заволакивается туманом.
Выявляется первоначальная обстановка сцены.

Дженни передернуло от трагической сцены, которую напомнил ей цветок ландыша. Она мнет и бросает ветку.

Поднимается в волнении с места, заявляет художнику, что устала и не хочет больше позировать сегодня.

Он умоляет ее дать ему еще несколько минут, чтобы закончить передачу уловленного им выражения.

Дженни нехотя уступает. Возвращаясь на свое место, она срывает цветок нарцисса и из той же корзины цветок хризантемы.

Снова принимает свою позу, снова любуется цветами.

И другая повесть воскресает перед нею.

Эпизод 2. Повесть Нарцисса и Хризантемы

Картина 1.

Пиршественный зал. За столом, усыпанным цветами, в числе прочих пирующих Дженни, Нарцисс и Хризантема.

Нарцисс всецело увлечен сидящей с ним рядом Хризантемой. Он ухаживает только за нею, он убирает цветами ее роскошные белокурые волосы, в то время как кто-то говорит застольную речь. Улавливая момент, он целует ее руку, и нет сомненья, что нежное чувство связывает их.

Но Дженни, сидящая против них, уже решила, что Нарцисс должен дополнить собой число ее поклонников. Не обращая почти никакого внимания на сидящего рядом с ней собеседника, она кидает на юношу жадные, сладострастные взоры.

Когда оратор кончает свой краткий спич и шумное веселье, вызванное его остроумной речью, воцаряется за столом, она в вакхическом порыве бросает в него пачку нарциссов и потягивает к нему бокал с вином.

Юноша не устоял перед вызовом. Он бросает ей ответные цветы, с бокалом идет к ней, поддается очарованию ее кокетства, оставляет одну белокурую Хризантему. Последняя вздрагивает, бледнеет, но чувство гордости заставляет ее владеть собою.

Картина 2.

Там же. Укромная гостиная. Дженни в торжественной позе стоит с бокалом вина. Нарцисс у ее ног. Он молит о любви.

На пороге появляется Хризантема. В ее руках также бокал вина. Она слышит клятвы, которые расточает ее возлюбленный по адресу Дженни.

Хризантема с иронической улыбкой поднимает свой бокал за любовь и верность Нарцисса. Нарцисс смущен и растерян. Дженни холодно ожидает вызова со стороны Хризантемы.

Но Хризантема лишь залпом выпивает содержимое бокала, роняет хрусталь и падает. Нарцисс бросается на ее тело…

Туман заволакивает сцену. Возобновляется первоначальная обстановка.

Дженни с видом холодно-брезгливым отбрасывает цветы. Смотрит нетерпеливо на работающего художника.

Художник кончил.

Дженни любуется портретом.

Художник завешивает и оставляет портрет. Несколько обычных фраз. Он уходит. Проводив его до двери, Дженни возвращается к своим цветам. Она ухаживает за ними, что-то поправляет, переставляет.

Внимание ее привлекают никнущие георгины и окаймляющие их астры. Дженни любовно наклоняется к ним.

Эпизод 3. Повесть зябнущей Астры и Георгина

Картина 1.

Будуар увядающей красавицы – зябнущей Астры.

Астра поджидает своего возлюбленного. Приняты все меры, чтобы казаться моложе и интереснее, и перед зеркалом она бросает на себя последние критикующие взгляды.

Но зеркало говорит ей жестокую правду: время ее ушло, перед ней холодная осень, с дыханием которой ей уже трудно бороться.

Астра смотрит на часы и беспокойство ее растет.
– А что если не приедет?
Она смотрит на портрет возлюбленного.
– О, как он молод в сравнении со мною. Но я удержу его при себе, какой бы то ни стало ценою.
Георгин входит.
– Приехал, приехал! Какое счастье!
Астра бросается ему на грудь.
Георгин мрачен.
Он говорит ей с искусственной нежностью о том, как плохи его дела.
Он сделал растрату и завтра погибнет, если ее не пополнить.
Астра не останавливается ни пред какими жертвами. Она вынимает все свои драгоценности и отдает возлюбленному.
– Только не думай, забудь, улыбнись!
Георгин благодарит ее, целует и спешит уйти, чтобы реализовать ценности. Она прикалывает ему свой любимый цветок – астру.
В грустной задумчивости остается Астра. Вдруг краска заливает ее лицо.
– А что, если только за это?
– А что, если в сущности она уже стала покупать любовь?
И, рыдая, она опускается на кушетку…

Картина 2.

 

В уборной Дженни.
Дженни готовится к выходу на сцену.
Входит Георгин.
Она встречает его кокетливо и нежно. Он подносит ей ценный подарок, но… он забыл, что Дженни – царица цветов и выше всего ценит цветы. Он не привез цветов.
И сконфуженно извиняясь, он просит ее принять хотя бы эту астру из его петлицы.
Дженни кокетливо грозит ему.
Небольшая сцена нежности.
Дженни требуют на сцену.

 

Картина 3.
Гостиная в доме Дженни.
Дженни разучивает роль.
Входит Астра.
Она начинает было обычный салонный искусственный разговор, но скоро не выдерживает, заливается слезами.
Дженни в испуге бросается к ней. Она, не зная даже причины слез, пытается утешить Астру, обнимает ее дружески нежно.
Астра схватывает обнимающие ее руки Дженни, соскальзывает с дивана на колени перед нею.
Поднимает к Дженни искаженное, умоляющее лицо.
– Не отнимай его у меня. Он для тебя – игрушка, каких так много у тебя. У меня он один и он все для меня.
Входит Георгин.
Он поражен, застав здесь Астру. Невольное движение назад, но Астра уже увидела его.
Астра бросается к Георгину.
– Я не отдам его никому, никому!
Появление Георгина вывело Дженни из необходимости развязывать спутанный узел отношений, и она стоит спокойная в выжидательной позе.
Георгин решительным жестом отталкивает от себя Астру и подходит поцеловать руку Дженни.
– Вам следует тотчас уехать отсюда! – говорит он Астре.

Безнадежно отвергнутая и оскорбленная Астра собирает последние силы, чтобы взглянуть в лицо совершившемуся факту. Несколько секунд она смотрит в упор в лицо своего возлюбленного и, не почтя в нем ничего, кроме злобы, поворачивается, делает два шага по направлению к выходу…

Останавливается. Решительным движением руки извлекает кинжал из складок платья и, резко повернувшись, хочет поразить им соперницу.

Георгин успевает броситься к Астре. После упорного сопротивления он отнимает у нее кинжал, но возбужденный борьбою, он вонзает его сам в грудь Астры.

Красный туман заволакивает сцену и затем на его фоне перед Дженни возникает скорбная фигура закованного каторжника с лицом Георгина.

Возобновляется первоначальная обстановка сцены.

Дженни с ужасом закрывает лицо руками. Она и сейчас трепещет всем телом, переживая в воспоминании эту кровавую минуту. В Дженни поколебалась гордая самоуверенность царицы цветов.

Какая печальная власть, какое кошмарное владычество! Только кровь, только жертвы…

В припадке умоисступления она порывается разрушить, уничтожит это царство ужасных цветов.

Исступленно она рвет, комкает, топчет цветы.

И с каждым сорванным и растоптанным цветком возникает вызываемый им призрак жертвы.

Вся комната наполняется тенями погибших, разрушивших свою жизнь из-за красоты Дженни, из-за любви к ней, из-за ее страсти к цветам.

Здесь и Нарцисс, и Ландыш, и Хризантема, и Астра, и Георгин, и целая толпа новых: девушки, и юноши, и зрелые люди… Все теснее окружают они своим кольцом испуганную Дженни, кружась около нее в каком-то загробном танце, медленном, величественном, страшном. Потягивают к ней свои руки, качают головами, шепча слова укоризны, теснят, наступают… Темнеет.

Дженни становится тяжко дышать. Она готова упасть, дать растоптать себя, но в минуту отчаяния к ней возвращается сознание, что ведь она – владычица цветов, что одного властного мановения ее руки достаточно, чтобы подавить эту взбунтовавшуюся ораву.

Она овладевает собою, делает этот жест, призраки исчезают.

Из «сада пыток» комната снова обращается в цветник, только цветы смяты, попорчены и многие валяются на полу. В окна снова сияет солнце.

И Дженни торжествующе хохочет, направляясь к двери.

В дверях появляется лакей.
– Просите!
Он пропускает изящного господина, – нового поклонника Дженни, – с роскошным букетом новых цветов.

Дженни принимает букет, помещает его среди прочих.

И гордая, довольная собою, она оборачивается к новому поклоннику, предлагая ему место в кресле.

Часть II. «Красный Мак»

Сцена II.
Цветочный бал.
Обширный зал, богато убранный цветами.
Все участвующие костюмированы цветами.
Танцы.
Танцы прервана: появляется Дженни – Царица Цветов.
Овация.
Дженни всходит на возвышение посреди зала.
Процессия цветов, приветствующих свою царицу. К ее подножию складываются цветочные подношения.
Цветы кружатся около нее в медлительном хороводе, затем разбиваются на пары и продолжают свои танцы.
Дженни сходит с возвышения. В сопровождении двух-трех костюмированных идет в другую залу.
В стороне у колонны появляется таинственный Незнакомец, изображающий собою Красный Мак.
Дженни с удивлением замечает его: он не приветствует в ней царицу, не подносит ей своих цветов, надменно смотрит на нее, как на равную.
Она окидывает его гордым взглядом.
Однако она заинтересована. Она оглядывается, миновав его.
Красный Мак замечает среди танцующих Фиалку.
Он подходит к ней. Приглашает ее, вальсирует с нею.
Дженни внимательно следит за ними. На лице ее вопрос:
– Кто этот дерзкий?
Она должна увидеть его у своих ног!

Сцена III.

Цветочный бал.
Уютная гостиная.
Фиалка, взволнованная, возбужденная танцами, вбегает, обмахиваясь веером. Опускается на диван, чтобы отдохнуть.
Красный Мак сопровождает ее и занимает место рядом.
Сцена легкого флирта.
Но Красный Мак нескромен, и Фиалка убегает от него.
Дженни появляется в дверях. Она наблюдает за незнакомцем.
Он замечает ее, окидывает равнодушным взглядом и направляется в зал.
Дженни сознает необходимость уступить и первая обращается к нему.
– Кто ты, надменный, не узнающий царицы цветов, не слагающий цветов к ногам моим?
– Мой цветок не для тех, кто любит играть цветами. Он опасен для тебя, великолепная царица!
– Я хочу цветов, растущих по обрывам над бездной!
– Смотри же!
Она берет его за руки. Он осторожно освобождает их, берет ее под руку, и они выходят в зал.

Сцена IV.

«И Красный Мак водворился в святилище Дженни».

Декорация сцены I.

Дженни ожидает визита Красного Мака.

Она взволнована, она не уверена в своей победе. То и дело она подходит к зеркалу, репетирует неотразимые приемы своего кокетства, свои лукавые взгляды и улыбки. Она готовится к трудному бою.

Входит Красный Мак.

В его руке букет ярких маков. Он вручает его Дженни. Торжествующая, она ставит его среди других цветов, торжествующая оборачивается к гостю, протягивает ему руки, которые он принимает в свои.

Мгновение они смотрят в глаза друг другу, словно соразмеряя свои силы.

В глазах Дженни торжество, в глазах Красного Мака – уверенность и покровительство.

Они сближаются, и Дженни склоняет голову к нему на плечо. Он обнимает ее талию.

Так вместе они медленно проходят вдоль стены цветов.

Останавливаются на переднем плане.

Дженни поднимает к нему лицо. Снова встречаются их глаза.

Мак нежно привлекает ее к себе.

Покорная, чувствующая его власть над собою, она повинуется ему.

И уста их сливаются в поцелуе.

Часть III. «Убивает дыханье цветов».

Сцена V.

«Нежданная встреча».

Лунная ночь.

Подъезд дома Дженни.

Автомобиль подвозит Дженни и Красного Мака.

Красный мак помогает Дженни сойти, целует ее руку и отъезжает.

Дженни направляется к подъезду дома.

Неожиданно перед ней вырастает мрачная фигура Георгина, убийцы Астры.

Дженни испугалась.
– Не бойтесь!.. Я не затем рисковал ежеминутно жизнью, бежа из Сибири, чтобы сделать вам зло. Видеть еще раз глаза ваши было последней целью моей сломанной жизни.

«Засохшие цветы далекой тундры».

С груди своей он вынимает какие-то жалкие засохшие листочки – цветы сибирской тундры, принесенные для нее.

Дженни благоговейно подносит к губам эти новые для нее «цветы». Она нежно берет его под руку.

Тихо идут по сонному переулку.

Он рассказывает ей унылую историю своего побега.

Перед Дженни восстает картина пустынной тундры, в которой, скрываясь по кустикам и оврагам, пробирается несчастный беглец, рискующий жизнью, чтобы еще раз увидеть ее.

Сцена VI.

Декорация сцены I.

Яркая луна заливает будуар серебряным светом.

Входит Дженни. В руке ее засохшие лепестки, данные Георгином.

За ней служанка с канделябром. Дженни отдает ей верхнюю одежду и шляпу и отпускает ее.

Служанка оставляет на столе канделябр и выходит.

В восторге эстетического переживания Дженни прижимает к сердцу засохшие листья.

Она выбирает для них драгоценнейшую из ваз и помещает их среди прочих цветов.

Дженни залюбовалась лунным сиянием из окна. Гасит свечи.

Медленно опускается на кушетку.

В мечтах.

Постепенно, утомленная, изнеможенная, вытягивается на кушетке.

Руки ее вытягиваются, словно ища продолжения чьих-то объятий, но усталость берет верх, сон одолевает ее.

Пауза.

«Красный Мак не терпит новых соседей».

Оскорбленный прибытием новых соседей Красный Мак поднимает бунт цветов.

(СЦЕНА БУНТА).

Цветы Красного мака постепенно растут на своих тонких стеблях. Тянутся к другим цветам, сцепляются, переплетаются с ними. Растут, шевелятся тени других цветов. Ширятся лопасти, вытягиваются стебли.

Тени волнуются, клубятся, заполняют будуар, со всех сторон окружают ложе спящей Дженни.

Тянутся к ней, осторожные, предательские. Цепляются за кушетку, за ноги спящей. Обвивают стан, бюст Дженни.

Подбираются к ее горлу.

Дженни во сне силится подняться, вскочить, порвать оплетающие ее цепкие стебли, отбросить от себя алчные, раскрывающиеся лопасти.

Но она бессильна.

Тени растут, громоздятся.

Душат!

Последнее усилие Дженни – и она падает мертвой.

Убийцы медленно отплывают от ее бездыханного тела, суживаются, сокращаются, уходят в себя и занимают свои первоначальные места.

Сцена VII.

«Эпилог»

Та же декорация.

Утро.

На кушетке мертвая Дженни. Около нее суетится растерявшаяся Служанка.

Вбегает Соседка и другая Соседка.

Все в недоумении.

Входит Врач.

Он констатирует смерть Дженни.

Осматривает комнату и равнодушно замечает:

«Разве можно спать в комнате, где так много цветов».

КОНЕЦ

Иллюстрации к сценарию заимствованы из книг:

Каталог фруктовых и декоративных деревьев, кустарников, клубники, роз, многолетних цветов, луковиц и проч. садоводства Эдмунда Кристера в Киеве. Киев: тип. Р. К. Лубковского, 1911.

Гофман К. Ботанический атлас по системе де Кандоля. 2-е изд. СПб.: А.Ф. Девриен, 1899. Мерецкий А. Художественные аранжировки из цветов: Букеты, венки, гирлянды и т. п. изделия из цветов). СПб.: П.П. Сойкин, 1907.

Станкевич Н. Рисовальный учитель, или Правила рисовального искусства, с 25 рисунками, изображающими фигуры, цветы и ландшафты, с кратким толкованием о пропорции человеческого тела. 2-е изд. СПб.: Тип. К. Вингебера, 1834.

Шуберт-фон-Зольдерн З. Стилизация растений. М.: Ю.Ф. Брокман, 1894.