Четвертая попытка Юрия Любимова. Беседовал Б. Шестаков.

Вечерняя Москва, 1989, 31 января, С. 3 //  Ленинское знамя, 1989, 31 января, С. 3 // Вечерний Тбилиси., 1989, 3 февраля, С. 3 

21 год назад молодой коллектив театра на Таганке осуществил инсценировку повести Б. Можаева «Жизнь Федора Кузькина». Премьера не состоялась, а художественный руководитель коллектива Юрий Любимов был уволен с работы, исключен из партии. Позднее, правда, его восстановили, но попытка – как и две другие, - показать московским зрителям яркий спектакль «Живой», раскрывающий нравственною чистоту простого русского мужика, была сорвана. На днях Ю. Любимов, живущий сейчас за пределами страны, приехал в Москву, чтобы реализовать, наконец, свой давний творческий замысел.

…На режиссерском пульте в центре зала время от времени вспыхивает лампа, выхватывая в темноте знакомое лицо. В перерыве беседуем с режиссером, творчество которого по праву составило целую эпоху в истории советского театра.

- Юрий Петрович, что привело вас в Москву в этот раз?

- В нынешнем году исполняется 25 лет коллективу, который мы создавали с моими учениками по Щукинскому училищу. Идея возродить и показать, наконец, зрителям «Живого» исходила от театра, и я с радостью согласился.

Приехал по контракту на 3 месяца, надеюсь, за это время не только вынести на суд публики дорогой для меня спектакль, но и заложить фундамент дальнейшего творческого содружества: Я уже встречался с таганковцами во время их гастролей в Мадриде, Стокгольме, Хельсинки, а в прошлом мае – в Москве, но и новая встреча была поистине семейной. Счастлив снова быть среди единомышленников, друзей. Мне часто не хватает их – с кем вместе пережиты радости творческих взлетов.

Есть много планов. Хотел бы, в частности, поставить «Бесов» Достоевского, несколько поэтических спектаклей, которые в свое время были, наряду с политическими, гражданскими пьесами, визитной карточкой Таганки. Что касается приезда «враз и навсегда», как говаривал герой «Живого» Ф. Кузькин, то здесь необходимо прежде решить главный вопрос – о возвращении мне гражданства СССР, которого я был лишен по указанию Черненко.

- Как, по-вашему, изменилась общественная атмосфера в стране со времени последнего приезда?

- И будучи за рубежом, я читаю, смотрю, слушаю все, что доносит суть позитивных перемен в СССР. А они, безусловно, есть: об этом говорит, например, сам факт нашей работы над «Живым». Бессмысленных чиновничьих запретов, как мне известно, больше нет.

Б. Шестаков.

(Корр. ТАСС).