• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

Адрес: 105066, г. Москва, Старая Басманная, 21/4

Телефон: +7 495 772-95-90 *22161

Email: fgn@hse.ru

 

Руководство
Научный руководитель Руткевич Алексей Михайлович
Первый заместитель декана Носов Дмитрий Михайлович
Заместитель декана по науке Вдовин Алексей Владимирович
Заместитель декана по международной деятельности Исэров Андрей Александрович
Заместитель декана по работе с абитуриентами, студентами и выпускниками Файер Владимир Владимирович
Мероприятия
Образовательные программы
Бакалаврская программа

Античность

5/4 года

46.03.01 «История»: 5 лет, очная форма обучения

45.03.01 «Филология»: 4 года, очная форма обучения

20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Ассириология

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Библеистика и история древнего Израиля

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Иностранные языки и межкультурная коммуникация

4 года
Очная форма обучения
30/200/30
30 бюджетных мест
200 платных мест
30 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

История

5 лет
Очная форма обучения
69/25/3
69 бюджетных мест
25 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

История искусств

4 года
Очная форма обучения
30/25/3
30 бюджетных мест
25 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Культурология

4 года
Очная форма обучения
35/20/3
35 бюджетных мест
20 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Монголия и Тибет

5 лет
Очная форма обучения
10/5/1
10 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Турция и тюркский мир

5 лет
Очная форма обучения
10/5/1
10 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Филология

4 года
Очная форма обучения
50/65/3
50 бюджетных мест
65 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Философия

4 года
Очная форма обучения
45/20/3
45 бюджетных мест
20 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Фундаментальная и компьютерная лингвистика

4 года
Очная форма обучения
47/45/6
47 бюджетных мест
45 платных мест
6 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Эфиопия и арабский мир

5 лет
Очная форма обучения
10/5/1
10 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Языки и литература Индии

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Языки и литература Юго-Восточной Азии

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Язык и литература Ирана

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Язык и литература Японии

5 лет
Очная форма обучения
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Germanica: история и современность

2 года
Очная форма обучения
15/5/2
15 мест за счет средств ВШЭ
5 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Античная и восточная археология

2 года
Очная форма обучения
15/5
15 мест за счет средств ВШЭ
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Визуальная культура

2 года
Очная форма обучения
17/5
17 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Иностранные языки и межкультурная коммуникация

2 года
Очная форма обучения
26/5/6
26 бюджетных мест
5 платных мест
6 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

История современного мира

2 года
Очная форма обучения
21/5
21 бюджетное место
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

История художественной культуры и рынок искусства

2 года
Очная форма обучения
15/5
15 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Компьютерная лингвистика

2 года
Очная форма обучения
20/5/1
20 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Культурная и интеллектуальная история: между Востоком и Западом

2 года
Очная форма обучения
17/5
17 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG/DEU/POL
Обучение ведётся на русском, английском, немецком или польском языках
Магистерская программа

Лингвистическая теория и описание языка

2 года
Очная форма обучения
15/5/5
15 бюджетных мест
5 платных мест
5 платных мест для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Литературное мастерство

2 года
Очная форма обучения
20/6
20 бюджетных мест
6 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Медиевистика

2 года
Очная форма обучения
20/5
20 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Мусульманские миры в России (История и культура)

2 года
Очная форма обучения
15/5
15 мест за счет средств ВШЭ
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Прикладная культурология

2 года
Очная форма обучения
18/5
18 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Русская литература и компаративистика

2 года
Очная форма обучения
15/5/1
15 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Русский как иностранный во взаимодействии языков и культур

2 года
Очная форма обучения
20/5/5
20 бюджетных мест
5 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Философия и история религии

2 года
Очная форма обучения
15/5/1
15 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Философская антропология

2 года
Очная форма обучения
18/5/1
18 бюджетных мест
5 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Цифровые методы в гуманитарных науках

2 года
Очная форма обучения
20/5
20 бюджетных мест
5 платных мест
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Языковая политика в условиях этнокультурного разнообразия

2 года
Очная форма обучения
15/5/5
15 бюджетных мест
5 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках

"Путь от студенчества к преподаванию": интервью с первыми выпускниками факультета философии

Первые выпускники бывшего факультета философии, а ныне преподаватели Школы философии, Роман Гуляев и Арсений Куманьков поделились своими студенческими воспоминаниями.

Гуляев Роман Владимирович
Школа философии: Старший преподаватель

- Как всё начиналось?

- Начиналось всё в 2004 году. Мы были первым набором, и тогда это был, вероятно, не самый очевидный выбор. Да и сейчас, когда гуманитарных специальностей много, нередко встречаешь мнение, что философия – это как-то специфично. Факультет философии был первым гуманитарным направлением, и если с факультетом экономики, факультетом права и так далее всё было более или менее понятным, то с философией это было несколько иначе. Хватало шуток, что успешно объяснить родственникам про Высшую школу экономики (что слова “школа” в названии не стоит пугаться, это серьезный университет) – лишь подготовка к разговору о том, почему ты такую специальность выбрал. Были институциональные особенности, которые лишь дополнительно эту специфику подчеркивали. Например, мы учились достаточно далеко от существовавших в то время корпусов, в отдельном здании на улице Вавилова. Там кроме факультета располагались типография, профессорская гостиница и разные административные подразделения – и, вероятно, появление студентов оказалось для окружающих неожиданностью. Но в итоге мы знали абсолютно всех, не только преподавателей и студентов других курсов, но охранников, гардеробщиц и так далее – со всеми так или иначе общались, находили общий язык. При этом ты довольно редко (по крайней мере по учебе) бывал в других зданиях – если только ради научных или культурных мероприятий – но какой-то обделенности или изоляции не ощущал.

Тогда факультет философии был достаточно обособлен – это, наверное, самое существенное различие с сегодняшним днем. Такая камерность, конечно, давала свой эффект. Возможно, это какие-то банальные вещи – говорить про одну семью, но ощущение такое действительно было. Тем более что мы, будучи первым набором, не имели возможности посоветоваться со старшекурсниками, перенять какой-то их опыт, и поэтому обращались к преподавателям не только с учебными вопросами, но иногда и жизненными. Вероятно, и они на первых порах не всегда понимали, как в им этом новом качестве жить, поскольку у них теперь не только наука, но и студенты, которым непонятно что нужно, – но всегда старались помочь. Не могу сказать, что мы всерьез думали, будто закладываем какие-то новые традиции, но ощущение начала какой-то новой истории, оно всегда было. И сейчас, хотя это другой район Москвы, другое здание, совсем другое количество людей вокруг и другой масштаб, какой-то след тех времен все равно чувствуется.

- Почему именно философия?

- У меня всегда были интересы скорее общегуманитарные. Не могу сказать, что философов еще в школе в оригинале читал и интересовался чем-то таким; скорее это была история, художественная литература. По большому счету, и в университете предметно какими-то философскими темами я стал интересоваться уже на более поздних курсах. В начале скорее захватывала сама новая обстановка, когда ты общаешься не со школьными учителями, а с учеными, которые, в первую очередь, занимаются наукой, и уже потом что-то из этого передают тебе. То, что никто за тобой не ходит и не проверяет твою успеваемость, посещаемость и т.д.; что твои успехи и неудачи – вопрос твоих выборов и твоя ответственность. Это всё меня поглощало как-то гораздо больше, чем какие-то конкретные темы философии. Уже потом я понял, что исторические события, биографии, политика (то есть то, что меня интересовало в школе) на самом деле очень тесно связаны с тем, какие идеи в эту эпоху существовали. Оказывается, что, с одной стороны, философские концепции могут раскрываться по-новому, если восстановить политический, исторический контекст их появления. С другой стороны, именно философия влияет на то, какое направление приобретает та или иная эпоха – вот это взаимное влияние меня заинтересовало сильно и интересует сейчас. Для меня даже какие-то историко-философские исследования всё равно оказываются попыткой представить себе, в каких условиях эти люди жили и думали, какие следы окружающего мира и каких-то внутренних дискуссий между ними можно обнаруживать в их текстах, ну и так далее. То есть прошлое начинает восприниматься не просто как набор дат и политических событий, а как последовательность идей, которые перетекают друг в друга. Это, по-моему, достаточно увлекательная тема сама по себе, не надо искать в себе следы какого-то особого гуманитарного склада ума, чтобы ей заинтересоваться. Такой подход, естественно, подразумевает междисциплинарность, но при этом философия как специальность предоставляет свои возможности что-то в эту картину добавить. В этом отношении, наверное, очень полезно, что факультет философии вошел в более крупную структуру, стал дополнен другими, которые могут в общем-то похожую тематику раскрывать по-своему. Важно, что это не просто дань уважения модели классического университета (который не складывается без исторического факультета, философского факультета и т.д.). Последовательное открытие новых направлений в Вышке оставляет впечатление сознательных решений с четким представлением о том, чем это конкретное направление будет заниматься, кто будет здесь будет работать, какой будет набор ценностей.

- Как Вы считаете, произошли ли с объединением гуманитарных направлений в единый факультет какие-то существенные изменения?

- Конечно, в прошлом осталась изоляция. Теперь уже не только студенты со студентами и преподаватели с преподавателями разных направлений больше взаимодействуют, но и организуется и проводится гораздо больше научных и культурных мероприятий. Даже если ты и не планируешь выходить за рамки своей специальности, ты знаешь, что происходит вокруг тебя, какие выходят работы, можешь обратиться в какие-то из смежных областей и там что-то новое для себя получить. Какие-то конкретные вещи в организации учебного процесса и науки каждая школа, наверное, всё равно сохраняет возможность делать по-своему, но в более общих вещах ощущается формат и требования большого факультета гуманитарных наук. Конечно, это влияет на то, чем ты занимаешься и как себя ощущаешь.

- Что самое неожиданное происходило с Вами в процессе учебы на Факультете философии, работы в Школе философии? Может, были какие-то подводные камни?

- Проблема в том, что прошлое, которое для тебя не является травматичным, ты запоминаешь очень специфически. То есть в первую очередь забываются какие-то проблемы текущие, особенно если они не имели долгосрочных последствий. Здесь я могу сказать, что для меня и обучение в университете, и уже работа в качестве преподавателя в основном достаточно комфортная ситуация, мне нравится, что я делаю, и, скажем так, я не ощущал себя всерьез не на своем месте. При этом я знаю людей, у которых это было не так, – необходимость постоянно подстраиваться под требования институции, внутренние конфликты и так далее действительно приводили к тому, что это либо очень тяжело давалось, либо человек вообще уходил. Во многом мне, конечно, просто повезло – университетский формат скорее соответствует моему характеру, каким-то внутренним склонностям, поэтому не могу сказать, что радикально приходилось себя пересиливать и с собой бороться. Героических историй про подводные камни и их преодоление как-то и вспомнить не получается.

Было ли для Вас чем-то неожиданным вступление в академическую сферу?

- Да, это, конечно, было большой неожиданностью. Не могу вспомнить каких-то мечтаний, что я когда-то стану сам преподавателем и научным работником. То есть я уже со старших курсов достаточно хорошо представлял, что мое образование дает в плане каких-то знаний и умений – которые не обязательно реализовать именно в академии. Даже когда я учился в аспирантуре и более или менее писал диссертацию, то о какой-то последующей академической карьере всерьез еще не думал. У меня была работа, с университетом не связанная, то есть такое положение интеллектуала, для которого наука – скорее своего рода хобби. А ремесло, которое на самом деле приносит деньги, – это что-то другое, конкретное, более техническое, и меня тогда такое положение вполне устраивало. И вот момент, когда руководство школы предложило мне должность преподавателя, был на самом деле удивлением. Конечно, я в общем-то допускал, что такое предложение возникнет (иначе тогда было бы вообще непонятно, зачем меня здесь в аспирантуре держать). И все равно, когда меня спросили: “Роман, готовы ли Вы с сентября начать работу преподавателя?”, – я был шокирован. Потому что, понятно, одно дело что-то такое допускать, а другое – через неделю выходить в студенческую аудиторию. Наши преподаватели никогда не подчеркивали свой статус и вели себя абсолютно на равных, но чувствовалось, что и по знаниям, и по опыту между ними и мной пропасть. Мне казалось, что я, мягко говоря, еще не очень готов, о чем тогда и сказал. И тогда мне Алексей Михайлович (А.М. Руткевич – прим.) задал единственный вопрос: “А вы хотите этим заниматься?”. Я как-то прислушался к себе и ответил: “Да, хочу”. Он сказал: “Ну это главное, остальное освоите по ходу”.

Это такая, наверное, очень тривиальная жизненная история. Понятное дело, что все мы, когда переходим на какую-то новую работу или даже думаем над этим решением, чувствуем себя людьми не вполне подходящими, не вполне достойными. И даже если ты, как тебе кажется, смотришь на себя адекватно и видишь свой потолок, сам тот факт, что в тебя верят и тебе готовы поручить какую-то действительно ответственную работу, заставляет посмотреть на себя по-другому. Не первый год занимаясь преподаванием и исследованиями, все равно, понятно, периодически оказываешься в ситуации, когда что-то приходится делать в первый раз. Даже сказать первую фразу студентам нового курса, который ты еще не знаешь, – это начать что-то новое. Но после того разговора, который вообще лёг в начало этой жизненной траектории, всё остальное кажется, наверное, чем-то более повседневным и решаемым. И вспоминая об этом моменте, понимаешь, что те, кто тебя учил, – они такие же люди, которые через похожие моменты и решения проходили; просто сейчас на их месте ты.

Куманьков Арсений Дмитриевич
Школа философии: Старший преподаватель

- Почему именно Вышка, почему Философия? Расскажите, как Вы пришли к этому.

- Интерес к гуманитарным дисциплинам у меня был с детства. В первую очередь, к истории и литературе. Интерес этот был на протяжении всей школы, и постепенно он трансформировался в желание получить обобщенное гуманитарное образование. Так получилось, что в Рязани два года я ходил на курсы, которые организовывала Вышка. Такие курсы проводились как в Москве, так и в некоторых провинциальных городах. Выходит, что мой опыт общения с Вышкой — это уже не пятнадцать, а семнадцать лет. Там не было философии, и количество профильных направлений было немного ограниченным: экономика, политология, право. Два года я ходил на Право, и вот уже в 2004 году, когда я уже выпускался и когда нужно было поступать, я выбрал себе Факультет философии. Я понимал, что для меня это более интересное и приоритетное направление, нежели право или другая работа, уходящая в практику. Cо мной поступали еще несколько друзей по этим курсам. Трое из нас в итоге оказались именно на Факультет философии. Так началось мое сотрудничество с Вышкой, с, Факультетом философии. У Вышки уже тогда был определенный авторитет: во-первых, как у сильного университета, во-вторых, как у университета с несколько нетипичным и, в силу обстоятельств создания университета, не советским подходом к образованию, а более современным, западно-ориентированным. Это были серьезные для меня ориентиры.

- Как так получилось, что Вы пошли в науку? Было ли это понятно сразу или Вы к этому пришли с течением времени?

- Как я говорил, эти интересы у меня были уже с начальной школы: например, я занимался историей, довольно долго ездил в археологические экспедиции. Я не имею в виду, что во втором или даже в одиннадцатом классе я сразу понимал, что буду заниматься именно тем, чем занимаюсь сейчас, но то, что это вполне реальная перспектива - работать в сфере науки, в институте или университете — это было для меня чем-то вполне естественным.

- Как Вы считаете, многое ли изменилось в жизни факультета, школы философии за эти 15 лет?

- Во-первых, Вышка за это время очень сильно выросла. И теперь, когда ты идешь по Москве, то чуть ли не в каждом здании видишь, что он является тем или иным факультетом, школой, департаментом Вышки. В этом смысле, конечно, приятно расширение университета, да и наш факультет тоже очень вырос. Потому, что мы начинали учиться в здании на улице Вавилова, в которым нашим был только один из этажей, на котором располагались три-четыре аудитории, а теперь, когда ты  пробираешься между людей по коридорам, пробираешься к турникетам в течение пяти минут - все это резко контрастирует с той камерной атмосферой, которая существовала в самом начале.

Я не имею в виду, что это что-то плохое. Мне кажется, это опять же, очень важный показатель того, что университет развивается, во многом, в правильном направлении, что он может привлекать к себе людей и что он им интересен и, очевидно, дает неплохое образование в России. В этом смысле можно только радоваться успеху и университета, и факультета. Но я думаю, что эти изменения сказываются и на формах взаимодействия между подразделениями, администрацией, преподавателями. Вышка и тогда, пятнадцать лет назад была довольно уже крупным университетом, но в любом случае, вот это такое ощущение камерности, оно конечно же уходит из отношений на разных уровнях. Кроме того, за это время университет стал более цифровизованным.

- Понимаю. Когда я пришла сюда в 2013 году, была совершенно поражена картиной, когда и преподаватель, и студенты сидят с компьютерами, и все задания присылаются в электронном виде, никаких бумажек и интернет есть повсюду.

- Да, но пятнадцать лет назад всего этого не было: не было повсеместного интернета, не было компьютеров…Не было ни АСАВ, ни ЛМС. Программы… может быть, они, конечно, и вывешивались. Но в плане потребления университетом технических услуг и возможностей, которые они дают - конечно, многое здесь упростилось. Очень ощутимая трансформация произошла уже в начале 2010-х гг. И хорошо заметно, как образовательная и рабочая среда изменилась за пятнадцать лет. Но в университете есть и некоторая стабильность. В частности, в отношении философов она выражается в том, что мы постоянно год из года говорим о том, что тучи сгущаются, что, может быть, философы не нужны, а все равно, пятнадцатилетний юбилей мы отмечаем, и надеюсь, что и дальше продолжим праздновать эти юбилеи.

- 50 лет, 100 лет, 200 лет…

- Ну а почему нет? Специальности меняются, а философия остается. Получается, что это полемическая среда, она, может быть, даже подпитывает философов и они находят новые формы развития.

- Что самое неожиданное происходило с Вами во время учебы или во время работы в Вышке, в частности именно на Факультете философии, в Школе философии?

- Ну самое неожиданное, пожалуй, то, что Вышке я встретил свою жену, с которой мы вместе хоть и не пятнадцать, но четырнадцать лет. У нас уже родились дети, и поэтому они в какой-то степени тоже связаны с университетом.

Так что Вышка — это не только университет, место, где ты учишься или работаешь, но и то место, где ты создаешь свою судьбу!

 


Беседовала Елизавета Сысоева.