От учебной практики — к книжной полке: студентка-филолог ФГН перевела книгу для издательства «Азбука»
У студентки 4 курса образовательной программы «Филология» (ныне — «Современная филология») Анны Пехотиной вышел перевод книги французского антрополога Франсуазы Саббан «Уникальный код Китая. Как философия вкуса сформировала китайскую цивилизацию» в издательстве «Азбука» (АСТ). Работа над переводом началась ещё во время учебной практики и стала примером того, как образовательные проекты могут перерастать в профессиональный опыт.
Мы попросили Анну рассказать, как это произошло и с какими задачами ей пришлось столкнуться.
Как всё начиналось: от учебной практики — к реальному проекту
— Анна, расскажите, как Вы вышли на эту книгу и как началось ваше сотрудничество с издательством?
— Летом после 3 курса я проходила практику в отделе спецпроектов АСТ, где переводила с французского на русский книгу о мифах в искусстве — «Великие мифы в живописи» Ж. Денизо. Руководитель практики осталась очень довольна моей работой и написала позитивный отзыв, а позже, по-видимому, порекомендовала меня коллегам из «Азбуки». Уже в августе со мной связались снова — но теперь для полноценного сотрудничества. Мне предложили выполнить тестовый перевод — около пяти страниц. Редакция его одобрила, и после этого мне направили уже всю книгу Франсуазы Саббан. При этом я не китаистка — я занимаюсь французским Средневековьем. Но это не стало препятствием: я слышала о Саббан раньше, а сам текст оказался достаточно доступным, потому что она пишет публицистическим стилем, для широкой аудитории, с юмором и простыми объяснениями.
— Как была устроена практика и насколько Вы могли выбирать направление работы?
— Это была практика в рамках нашей образовательной программы. У нас в целом очень разнообразные форматы — от экспедиций до работы в музеях и редакциях. Я выбрала практику в отделе спецпроектов АСТ, она длилась месяц и проходила полностью дистанционно. В начале можно было выбрать направление — например, продвижение книг или перевод. Я осознанно выбрала перевод, потому что мне это всегда было интересно: ещё со школы, где я учила французский с первого класса, моим любимым заданием был именно перевод текстов.
Мы работали по парам, у каждой был свой руководитель и свои задачи. У меня было два задания: перевод книги о мифах в искусстве и подбор иллюстраций к кулинарной книге. Объём делили с напарницей — каждая переводила свою часть и подбирала визуальные материалы к ней.
— В какой момент Вы поняли, что работаете не просто над учебным заданием, а над текстом с реальной издательской перспективой?
— Я изначально понимала, что это не просто работа, чтобы закрыть практику. Даже если это был не финальный перевод, а подстрочник для редактора, он становился частью реального издательского процесса. Это даёт очень интересное ощущение: с одной стороны, ты становишься частью чего-то большего, с другой — появляется ответственность за качество текста. Я не знаю, насколько сильно в итоге редактировался мой перевод книги «Великие мифы в живописи», но именно он стал причиной того, что мне предложили продолжить сотрудничество и уже полностью перевести книгу Саббан.
— Кто был Вашим наставником в рамках деятельности на практике? Помогали ли Вам разбираться со сложными концепциями, (например, с тем же «духовным измерением» китайской трапезы)?
— На практике моим руководителем была редактор отдела спецпроектов Мария Николаева, а позже со мной взаимодействовала Мильда Соколова из этой же редакции. Но сам перевод книги Саббан я выполняла самостоятельно: у меня не было рядом ни второго переводчика, ни редактора, с которым можно было бы обсуждать каждое решение. Я знаю, что в работе над книгой участвовал китаист, который помогал корректно передать китайские термины, но напрямую мы не взаимодействовали. Моей задачей был перевод с французского, и все решения по формулировкам я принимала сама.
Философия вкуса — о чём книга Франсуазы Саббан
— Аннотация говорит, что книга раскрывает «культурные коды» Китая через кулинарию. Удаётся ли автору доказать, что культура питания имеет в Китае социальный, политический и духовный контекст? Как бы Вы сами, после работы над переводом, сформулировали, что такое «философия вкуса» применительно к китайской цивилизации?
— Саббан очень убедительно показывает, что китайская кулинария тесно связана с верованиями, социальной структурой и историей народа. Например, одна из базовых моделей питания — сочетание зерновой основы (shi: рис или лапша) и похлебки (geng: бульон или подлива). Эта система, известная как Fan/Cai, уходит корнями в древние тексты, где говорится, что такая пища характерна для всех — от императоров до простолюдинов.
При этом именно состав похлёбки отражал социальный статус человека: богатые могли позволить себе мясо, бедные же довольствовались зеленью или простой водой. Так через еду проявлялось социальное деление общества. Вообще, еда в китайской традиции — это одновременно и способ утоления голода (что важно, учитывая историю частых периодов нехватки пищи), и пространство для развития утончённого вкуса, и средство поддержания здоровья.
Если говорить о «философии вкуса», то это сложное сочетание практики и эстетики: от базовой насыщаемости до утонченных техник нарезки и приготовления, которым часто нет аналогов ни во французском, ни в русском языке. Интересно и культурное противопоставление: китайцы часто подчеркивают «утончённость» своей традиции (например, использование палочек для еды) и противопоставляют её «грубости» западных приборов (ножа и вилки). Своё превосходство в области кулинарии китайцы подчёркивают даже на уровне языка: в китайской классификации вкусов, помимо простого солёного или острого, есть xian, который используется и для описания непередаваемой свежести морепродуктов, и для характеристики особого «вкусного» вкуса, которым, конечно, обладают их блюда.
Для меня это стало новым опытом: я изучала китайскую культуру через текст французской исследовательницы, а затем переносила это на русский язык — получался диалог сразу трёх культур.
— Насколько книга научная по своему подходу?
— Франсуаза Саббан — антрополог с большим опытом, у неё много исследований и публикаций. Но именно эта книга написана скорее в публицистическом ключе: она ориентирована на широкую аудиторию и стремится развеять мифы о китайской культуре питания. При этом в тексте сохраняется научная база: много ссылок, сносок, исторических экскурсов. Саббан часто приводит примеры из литературы и истории — например, рассказывает о людях, которые могли по вкусу определить, как и где был выращен продукт.
Кроме того, она часто использует иронию. Например, развивая идею китайцев о превосходстве палочек над ножом и вилкой, она может подшутить над подобными утверждениями. Это делает текст живым, но при этом в нём сохраняется исследовательская глубина.
Как передать вкус словами: профессиональные вызовы
— Какие сложности перевода оказались самыми серьёзными?
— Самая большая трудность — это китайские термины, у которых нет прямых аналогов в русском языке. Франсуаза Саббан сама подробно объясняет их во французском тексте, и при переводе я пыталась одновременно понять китайское слово и его французское объяснение, а затем попробовать передать это на русский язык... Особенно сложно было с прикладными вещами: например, как передать разные степени нагрева или многочисленные виды нарезки продуктов? То, что в китайском обозначается одним словом, в русском иногда требует целого подробного описания.
С абстрактными понятиями, наоборот, проблем почти не было: в русской традиции есть способы говорить и о философии вкуса, и о социальных явлениях.
— Были ли случаи, когда приходилось существенно отходить от буквального перевода?
— Да, особенно в случае с французскими терминами, у которых есть более тонкие оттенки значения. Например, savoir-faire — это не просто «мастерство», а сочетание навыков, опыта и утончённого знания. Или выражение transition nutritionnelle (букв. нутрициональный переход) — его нельзя просто дословно перевести, иначе это будет звучать неестественно и непонятно. В таких случаях я старалась передать смысл, даже если приходилось отходить от прямого перевода. Например, это выражение я перевела как «процесс изменения пищевых привычек общества».
Здесь важно понимать, что любой перевод в какой-то степени трансформирует оригинал. Моей задачей было сделать текст понятным для читателя и сохранить основные идеи автора.
Когда держишь результат в руках: о личном опыте большого проекта
— Не было ли волнительно браться за такой масштабный текст?
— Это был мой первый настолько большой перевод. До этого я, например, участвовала в коллективном переводе учебника Эриха Ауэрбаха по романской филологии. Но я была уверена в своём французском языке и воспринимала эту работу как вызов и возможность — и профессиональную, и образовательную: узнать больше и о языке, и о китайской культуре.
— Что Вы почувствовали, когда увидели готовую книгу?
— В первую очередь — гордость и воодушевление. Французский язык со мной уже больше 13 лет: я изучаю его, преподаю, перевожу, погружаюсь в культуру. И очень приятно видеть, что этот путь привёл к реальному результату — изданной книге. И одновременно есть ощущение удивления: смотришь на книгу, видишь своё имя и до конца не веришь, что это действительно сделала ты.
Рекомендации начинающим переводчикам
— Какой совет Вы дали бы студентам, которые хотели бы пройти похожий путь?
— Во-первых, важно действительно любить язык и интересоваться им глубже — разбираться в нюансах, этимологии, переводах. Во-вторых, нужно быть любознательным и готовым к разным темам. Я, например, никогда не думала, что буду переводить книгу о Китае. Но именно открытость новому помогла мне довести этот проект до конца. Также важно внимательно работать с текстом: перечитывать (лучше вслух!), редактировать, добиваться того, чтобы перевод звучал естественно на русском языке. И, конечно, не бояться пробовать — ведь чаще не ты выбираешь текст, а он выбирает тебя.
История Анны Пехотиной показывает, что учебная практика может стать не только частью образовательного процесса, но и первым шагом в профессиональной карьере. Работа с реальными издательскими проектами, междисциплинарные тексты и возможность довести перевод до публикации — всё это формирует те навыки, которые востребованы за пределами университета.